Новости Энциклопедия переводчика Блоги Авторский дневник Форум Работа

Декларация О нас пишут Награды Читальня Конкурсы Опросы
Автор
Страницы
Управление

Размышлизмы на бегу

Подписаться на RSS  |   На главную

Puzzlement — переводческое

В работе сталкиваешься с абсолютно разными людьми, чье отношение к переводу может варьироваться от глубокого уважения и восхищения до откровенного невежества и хамства. К счастью, с последним мне напрямую сталкиваться не приходилось, а вот невежество, граничащее с всезнайством, отнюдь не редкость.

Некоторые люди, имеющие очень отдаленное отношение к языку в целом и к переводческой деятельности в частности, любят «садиться не в свои сани» и давать советы, как надо переводить. Причем, как мне кажется, чем тоньше эта взаимосвязь, тем больше самоуверенности. Или здесь дело в интеллигентности, образованности и воспитанности? Я же не советую бухгалтеру, как надо сводить счета, или юристу — как грамотно составлять договоры. Наоборот, я всегда внимательно прислушиваюсь к рекомендациям специалистов и, прежде всего — к советам и комментариям старших и более опытных переводчиков и редакторов.

Один из заказчиков, который поставляет мне тексты по моей любимой тематике финансовых рынков, очень любит доказывать мне неправильность заведомо правильных вариантов. Он прочитывает мой перевод, а потом говорит: «вот здесь неправильно», «а вот тут все надо заменить на…». И все это в категоричной форме. При этом в качестве обоснования своей точки зрения скидывает мне ссылки на сайты с буквальным и низкокачественным переводом. Порой, я просто не знаю, что отвечать на утверждения, которые изначально противоречат всякой логике. И дело в том, что он не конечный заказчик, а лишь посредник, поэтому он лично не заинтересован в качестве продукта, а у меня особенное, трепетное отношение к этой тематике, чтобы собственноручно отказываться от удовольствия и опыта. Человек чересчур самоуверен в отношении своих способностей и не упускает случая «продемонстрировать» их переводчику.

Похожие ситуации случались в бытность мою переводчиком для одной финансово-аналитической компании, где я работала в паре с финансистом, и мы помогали друг другу каждый своими знаниями: он — финансовых рынков, а я — принципов перевода и языка. Тем не менее, он неоднократно пытался учить меня жизни. Например, транскрибировать японские собственные имена, основываясь на их написании на латинице, а не следуя системе практической транскрипции на русскую кириллицу (разработанной Е.Д. Поливановым), обосновывая тем, что его (имя) «так произносят комментаторы англоязычных СМИ».

А еще я столкнулась с такой правдой жизни, что менеджеры, не имеющие лингвистического образования и не знающие языка, пытаются выступать в роли редакторов и исправлять переводы. Менеджер одного БП, для которого я выполняю переводы и занимаюсь редактированием, упорно продолжает каждый раз перечитывать за мной переводы и задавать вопросы типа «а почему Вы переставили местами части предложения?» или «что за непонятное слово «волатильность» — вы уверены, что это правильно?», явно подозревая меня в ошибке.

В связи с этим мне вспомнилась статья уважаемой Линн Виссон «Is a Puzzlement», опубликованная в журнале «Мосты», в которой она говорит о том, что русские любят исправлять носителей языка: «A little learning, said the 18th-century English writer Alexander Pope, is a dangerous thing, and even «some» knowledge can be equally shaky.[…] a полузнайка, someone with “little” or “some” knowledge, may have a highly exaggerated view of his mastery of a language. […] A Russian полузнайка can very easily turn into a всезнайка, categorically asserting “Я прав – Вы не правы”». И мне порой тоже хочется умолять всех тех, кто решается исправлять переводчиков, не имея представления о характере этой работы и не обладая достаточной для этого квалификацией, чтобы они занимались своим делом. Я не говорю о заказчиках, которые отлично знают язык, и чья поддержка при переводе может оказаться весьма полезной в плане терминов и прояснения ситуации. Но пусть переводчика исправляет редактор или другой переводчик, иначе, когда все переворачивается с ног на голову, благотворного сотрудничества и эффективной работы не получится.


5 Октябрь 2009 J-Lu | Комментариев (4)


Смешные и грустные индийские сказки

Предисловие.

На международной книжной ярмарке в Москве среди вороха раздаточного материала мне попались две индийские сказки, переведенные на русский язык. Перевод, скорее всего, был не официальный и был выполнен исключительно в целях выставки, хотя, откровенно говоря, чтобы назвать это переводом, нужно иметь очень большое воображение. Конечно, можно было бы снисходительно заметить, что перевод, мол, для выставки… Так, простая формальность, его и читать-то никто не будет. Однако, я прочитала. Мы с мужем смеялись от души и развлекали себя тем, что искали ошибки в перевернутых с ног на голову и вывернутых наизнанку правилах грамматики, словоупотребления и сочетаемости. Но это объяснимо, если смотреть с позиции обычного носителя языка. Как переводчику, мне было грустно и обидно за отношение к переводу вообще и к русскому языку в частности. Более того, мы привыкли к многочисленным переводческим перлам в инструкциях в духе » уши телефоны», но это же литература! Нельзя делать из нее посмешище! Это одна из главных основ, на которых держится любая культура! Если отношение к литературе будет таким безалаберным и попустительским, то о каком дальнейшем развитии культуры, духовности, о каком сохранении национальных ценностей можно будет говорить?

Невольно задаешься вопросом: зачем были переведены эти сказки? Какая цель была у организаторов выставки? Информативная? Конечно, эту роль литературы нельзя отрицать, но она не первостепенная, тем более, если мы говорим не об исторических мемуарах, а о детских сказках. Эстетическая? Тогда эти люди очень далеки от литературы и от перевода, если представляют, что в том виде, в каком они предложили эти сказки русскому читателю, они могут оказать эстетическое воздействие. Остается одно – для отписки, для галочки. Я не в коем случае не бросаю тень на индийскую литературу, я говорю о конкретном событии и о конкретном отношении на примере конкретных «произведений».

P.S.: Когда я перепечатывала эти сказки для блога, я не только измучилась, сохраняя оригинальную грамматику и пунктуацию текстов (читай: делая ошибки сплошь и рядом), но после того, как я закончила, мне захотелось помыть руки.

*орфография и пунктуация авторов сохранены

ДРУГ НАВСЕГДА

Аиндрила Митра
Перевод – Нира Джаин

Это рассказ одного одинокого Дерева. В середине огромного поля, у нашего Дерева есть дом. В этом поле нет никакого другого дерева. Птицы не прилетают сюда. Поэтому Дерево нашего рассказа очень одинокое. У Дерева в душе куча рассказов. Но кому рассказать!! Звездам. Луне. Солнцу. Они далеко находятся. На большом расстоянии, в небе….

Вдруг однажды, одна маленькая синяя птица прилетает и усаживается на Дерево.
Она потеряла дорогу. Через некоторое время, потемнело. Как она сейчас прилетела бы домой? Так она решила остаться на ночь. Ту ночь, Дерево и синяя птица становятся друзьями. Они разговаривали друг с другом надолго. Всю ночь.

На рассвете, птица должна было улететь. Она говорит Дереву, «Не печалься, дорогой друг, я еще раз прилечу к тебе.» Говоря так, она улетает.

Дерево ждет и ждет. Дни проходят, а также и ночи. Синяя птица не прилетает. Слезами наполняют его глаза и катятся капля за каплей. Никто не знает сколько дней прошли.

Однажды утром Дерево находит, «Смотри! Вокруг него пруд от слез!» Теперь, Дерево начинает говорить с прудом. Говорит весь день. Но может ли куча рассказов окончиться за день!!

Опуская его ноги в пруд, Дерево продолжает говорить. Говорит и в пруду смотрит на отражение ветки, на которой однажды прилетила одна птица и уселась.

Наше Дерево больше не одинокое.

СЛОНИХА РУПА

Мики Пател
Перевод: Нэшнл Бук Траст, Индия

Чинчи, маленькая коричневая птица, знала всех животных в зоопарке. Ее самый близкий друг была Рупа, Слониха, на которой катали дети утром по воскресеньям. Иногда Чинчи сидела на ухо Рупы и катала вместе с детьми и посещала животных. Но, сегодня, что Чинчи увидела? Рупа, Слониха вздыхала и рыдала. Она стояла в углу и слеза катились по ее щекам на траву. «Зачем, Рупа, что случилось?» чирикала Чинчи. Я т-такая-такая безобразная и у-уродливая,» рыдала Рупа. «Я совсем серая, толстая кадка.» «глупая Рупа! Не плачь,» сказала Чинчи, «Я скоро найду тебе способ стать светлым и прелестным.» И она улетела.

Чинчи прилетела к Тигру. «Доброе утро, Тигр Тану. Рупе стало грустно и невесело. Дай ей пожалуйста изящные, пестрые полосы,» она чирикала. Она прилетела к Леопарду Сону. «Дай Рупе пожалуйста яркие, блестящие пятна,» она попросила. Чинчи поговорила с Павлиным Раджой и Попугаем Митту, «Дадите ли вы ваши прелестные цвета Рупе?» она спросила. Тану и Сону, Раджа и Митту помчались по садам зоопарка и пришли к Слонихе Рупе, которая стояла в углу и продолжала вздыхать и рыдать.

Они начали давать Рупе свои цвета. Тану скользнула по одной стороне туловища Рупы оставив широкую ленту желтых и черных полос. Сону втерел пятна во ноги Рупы. Митту оставил пестрые, зеленые полоски на ее хвост и Раджа оставил блестящие голубые и пурпурные пятна на ее хобот. Рупа перестала плакать. Она смотрела на себя. Она была так горда и рада. «Ох, я такая прелестная,» она сказала. «Не будут ли любить меня дети!»

На следующий день, дети пришли в зоопарк чтобы кататься на слоне. Но, смотри, что случилось! Где их хорошая, серая Рупа? Что за это уродливое, пятнистое, полосотое чудовище стоит там? Некоторые их этих детей испугались. «Бу-бу!» они кричали. «Иди ты, уродка. Мы хотим свою Рупу!»
Рупа залилась слезами. Что она теперь должна было делать? У нее в голову пришла блестящая идея. Она быстро прыгнула в пруд. Шуш! Шуш! Она брызнула себя водой своим хоботом. Все цвета – желтый, зеленый, голубой и пурпурный – смылись все полосы и пятна.

Появилась Рупа, хорошая, простая, серая Слониха. «Смотри!» крикнули довольные дети и хлопали свои руки с весельем. «Вот наша любимая Рупа!» «Как тебе удалось достать так много цветов?» спросили дети. «Идем со мной, я вам покажу добрых друзей, которые дали мне цвета,» сказала Рупа. Дети вскарабкались на нее. Чинчи, так птица, слегка чирикала и села на ухо Рупы. И они пошли посетить других животных в зоопарке.


11 Сентябрь 2009 J-Lu | Комментариев (5)


Как программу назовешь…

Ежедневно в разных уголках мира возникают новые явления, понятия, предметы и сущности, которые находят свое отражение в языке. Учитывая высокую скорость распространения информации, которая стала возможной благодаря сети Интернет, «новинки» буквально врываются в нашу жизнь и требуют немедленного перевода, чтобы удовлетворить потребность миллионов людей в информации. Заказчики устанавливают переводчику такие узкие временные рамки, что порой нет никакой физической возможности обстоятельно разобраться в ситуации и подобрать достойный вариант перевода. Это все объяснимо, когда перевод нужен очень срочно. Другое дело, что, найдя, как ему кажется, выход, переводчик и не стремится проанализировать свою работу в спокойной обстановке, подумать о возможных других вариантах или проверить, сделал ли он правильный выбор.

Такой головной болью в ходе работы для меня стало название федеральной программы США в поддержку отечественного автопрома «Cash for clunkers». Программа длилась чуть меньше месяца, но установившегося перевода на русский язык она так и не получила. Более того, «Cash for clunkers» — неофициальное название программы CARS (Car Allowance Rebate System), а, значит, переводилось оно каждым по своему усмотрению и вкусу. Прижившиеся варианты перевода, признаюсь честно, мне не понравились, и вот почему. Со словом cash в названии программы вроде бы все понятно — «наличные деньги/деньги», хотя и здесь не все так однозначно. Дело в том, ни о каких наличных в законе и речи не идет — в тексте написано, что желающий сдать в утиль свой старый автомобиль, получает electronic voucher, который подразумевает под собой документ, имеющий определенную номинальную стоимость, которая учитывается как часть стоимости приобретаемого автомобиля. Таким образом, если в названии слово cash еще можно перевести как «(наличные) деньги» в целях краткости и эквивалентности оригиналу, то такие фразы, как «выплата в размере $4500», «предоставление суммы в размере до $4500» в описании программы в некоторых российских СМИ, как мне кажется, противоречат смыслу. Можно сказать, например, что, сдавая в утиль свой старый автомобиль, клиент получает скидку до $4500 при покупке нового автомобиля.

Далее я крепко задумалась над тем, как перевести слово clunker, чтобы и образ сохранился, и перевод звучал естественно и уместно на русском языке. В российских периодических изданиях это слово нашло свое отражение в следующих переводах: драндулет, автохлам, автостарье, развалюха, рухлядь. Особую популярность получил перевод программы как «деньги/наличные за драндулеты» и «деньги/наличные за автохлам». Вообще, Merriam-Webster Dictionary определяет clunker как an old or badly working piece of machinery; especially a dilapidated automobile и датирует его 1943 годом. На портале thefreedictionary.com нахожу еще одно определение: а decrepit machine, especially an old car; a rattletrap. Таким образом, получается «старый, полуразвалившийся и постоянно ломающийся автомобиль». Действительно, драндулет.… Однако почему-то у меня это слово вызывает смех, и комический эффект в разы усиливается, когда слышишь это слово из уст ведущего новостей серьезного телевизионного канала или видишь на веб-страницах серьезных изданий. С.И. Ожегов определяет «драндулет» как «старый, разбитый экипаж, повозку» с пометами разг. и шутл. Подтверждение нахожу на портале русского языка и литературы feb-web.ru в словаре русского языка (МАС):

ДРАНДУЛЕТ, -а, м. Разг. шутл. О старом, расхлябанном экипаже, машине и т. п. — Дорогу-то уже ладят по Адуну, — махнул Сморчков рукой в сторону реки. — Я берусь первым проскочить, хотя бы с этим драндулетом, — он указал на сани. Ажаев, Далеко от Москвы. — Садитесь ко мне в машину —. Куда вам трястись на этаком драндулете! Басаргин кивнул на грузовик и засмеялся. Паустовский, Героический юго-восток.

Проверяю на gramota.ru:

ДРАНДУЛЕТ м. разг.
Плохой, старый, неисправный экипаж, автомобиль и т.п. (обычно с оттенком шутливости).

Как видим, признак шуточного употребления является смыслоопределяющим для этого слова. Как мне кажется, называя автомобиль «драндулетом», говорящий хочет подчеркнуть комичность его внешнего вида, иронизирует, выражает свое собственное отношение, что скорее подходит для литературного произведения, но никак не для серьезной публикации. К тому же, в англоязычных словарях определение этого слова сопровождается только пометой informal.

Слова «автостарье» и «автохлам» в словарях не зафиксированы. Это неологизмы, которые имеют место быть, но clunker — не неологизм, значит и в русском языке слово не должно звучать ново, не должно создавать впечатление нового явления/технологии/термина. Ведь старые автомобили существуют давно – с момента появления самих автомобилей.

Слова «хлам», «старье», «рухлядь» принадлежат к одному синонимическому ряду со значением «старые, ненужные вещи» (МАС), «ветхий домашний скраб, пожитки» (С.И. Ожегов). Но ни одно из этих определений не указывает напрямую на автомобиль, поэтому без уточнения информативная функция этих слов занижена.

Из всех существующих вариантов перевода только «развалюха» обозначает «ветхое или сильно повреждённое транспортное средство» и употребляется в разговорной речи, т.е. эквивалентно английскому clunker. Однако для меня и этот вариант принадлежит к резервной категории «лучше, чем ничего», равно как и драндулет, автохлам и автостарье, ибо все эти переводы уж сильно притянуты за уши. Не пытаясь плодить такие «находки», я отдаю предпочтение нейтральному переводу. Кстати, с функцией разговорности, как мне кажется, вполне справляется слово «машина» в значении автомобиля. В итоге выстраиваю для себя скромный ряд допустимых переводов: старые машины в обмен на деньги, старые машины за наличность. Вот, пришло на ум – «лом на колесах за наличность».

Я уже было решила закрыть для себя эту тему, остановившись на вышеупомянутых вариантах, как встретила в журнале «Русский репортер» подзаголовок «Хлам за нал», и, хотя статья не относилась непосредственно к американской программе, мне это выражение показалось очень удачным, прежде всего благодаря тому, что, если использовать его как вариант перевода, то тогда будет сохранена краткость и ритмичность (я бы даже сказала некая рифма) оригинала. Здесь функцию разговорности берет на себя слово «нал», и, хотя прямого указания на старые машины нет, значение «хлама» становится понятно из контекста.


31 Август 2009 J-Lu | Пока нет комментариев